» » Парк сергокалинского периода

Парк сергокалинского периода

  Борьба с безобидными деревьями приняла во всём Дагестане сокрушительный размах. Города, большие сёла, которые в советское время строились по вполне европейским градостроительным стандартам — широкие прямые улицы, парки, аллеи, лесополосы, вдруг вспомнили, что они дагестанские. И стремительно стали превращаться в огромные аулы: с домами друг на друге, узкими кривыми улочками и полным отсутствием зелени. Всю растительность продолжают безжалостно вырубать, несмотря на громкие заявления постоянно меняющихся руководителей республики, правительства, городов. И если древние горные аулы прекрасны и самобытны, то про современные это никак не скажешь.

 

   Попытки изменить ситуацию связаны в основном с федеральной программой «Формирование комфортной городской среды», тем более что в последние два года в неё стали включать и сёла. В нескольких городах и райцентрах Дагестана уже построили скверы. Я не знаю, что подразумевается под названием сквер в этой программе. В реальности это обычно небольшая детская площадка, рядом такая же маленькая спортивная, штук пять скамеек и несколько десятков саженцев. Это, конечно, лучше, чем ничего — во многих районах это вообще первые детские площадки и первые современные скамейки за всё время существования. Но… не впечатляет.
Впечатлиться мне удалось только в Сергокале. На въезде в это горное село возникает ощущение, будто попала в итальянский или испанский городок. Новые большие ухоженные дома не редкость: нездешнее впечатление производят местные жители, выглядящие более современно и по-городскому, чем прохожие в Махачкале.

   Но главное, здесь много ухоженного общественного пространства, что и отличает цивилизованные города от трущоб. Асфальт на всех улицах, даже самых маленьких, скворечники на деревьях, и никакого мусора, ни фантика, ни окурка. Особенно красиво главная улица райцентра выглядит вечером: новенькая дорога с романтичными фонарями, красивыми домами и вывесками. При свете дня становится видна главная красота Сергокалы — парки и скверы на каждом шагу.
Более того, в то время когда все дагестанские парки активно застраиваются, здесь заложили новый парк. Насколько я знаю, это первый новый парк в республике после распада Советского Союза. Небывалая ситуация: у нас ведь принято продавать каждый метр земли под какую-нибудь стройку.

Райцентр как парковая зона 

   Центральный парк, около которого расположено здание райадминистрации, выглядит просторно, чисто и нарядно. Именно с него начал знакомить нас с родным селом глава района Магомед Омаров. Этот парк ещё советский, но в прошлом году его реконструировали, когда ставили бронзовый бюст знаменитому сергокалинцу, Герою России Магомеду Нурбагандову. К 90-летию района, которое отметили 28 сентября, установили памятники сергокалинцам Героям Социалистического Труда, мемориальные плиты — орденоносцам и участникам войны. Глава района уверен, что очень важно напоминать о достойных земляках. Тем более что в этом районе фактически все коренные жители, и каждый находит среди лучших людей района своих родственников, земляков, гордится, понимает, что и его заслуги не забудут.
При этом парк очень романтичный: фонтаны, пышные деревья, цветущие газоны, широкие аллеи, красивое старинное здание из красного кирпича, указатели на русском и английском языках. Оказалось, что это бывший штаб 83-го Самурского пехотного полка, основавшего в 1846 году Сергокалу. Напоминанием о тех временах является старый мост посередине села. На самом деле это акведук тех же времён — для обеспечения водой Сергокалы, и сейчас под бетоном проходит трубопровод.

Парк сергокалинского периода

   Реконструкция проходила сложно. Проект получил финансирование по федеральной программе, но парк, как и в других местах, оказался застроен со всех сторон. Глава района показывает: «Вот здесь ветстанция была, это был колхозный рынок райцентра; бывший глава его себе забрал, холм и обрыв я разровнял, мелкие здания и сараи снесли — и образовалась площадка. С одной стороны был магазин, два года уговаривал владельца переехать на другое место. Согласился, и даже компенсацию не взял. В штабе Самурского полка будет самый красивый музей. Когда я фонтан сделал, односельчане говорили: «Зачем он нужен?» Я отвечаю: это символ благосостояния народа. Сейчас свадебные кортежи приезжают из соседних районов, чтобы сфотографироваться около фонтанов».
В парке на улице Матросова идёт благоустройство. Строительные работы уже заканчиваются, сделаны часть дорожек и газонов, стоит новое внушительное здание, внутри ковры и скамейки, отопление, большая кухня. Здесь любая сергокалинская семья может устроить тазият. В просторном зале помещается несколько сот человек, и мужчинам не приходится сидеть несколько дней на улице. Рядом кафе для ветеранов, с шашками и домино, вечером здесь не бывает свободных мест. Начали строить детскую площадку, окрестные дети с нетерпением её ждут.



   Но главный парк площадью 7,5 гектаров только начали строить на окраине села. Место для него выбрали очень необычное — бывшая свалка, которая постоянно дымила, а при ветре засыпала мусором всё село. Магомед Омаров с гордостью показал нам центральную аллею парка, уходящую за холмы, которую рабочие укладывают яркой плиткой, и пока единственное здание в будущем парке.



— Я девять общественных туалетов построил в Сергокале, всегда с них начинаю. Знаешь, какой вид будет, когда парк достроим! На свалке мы разбирали мусор: дерево, бумагу сжигали, пластик вывозили на избербашскую свалку. В районе сделал мусорный полигон, его на 50 лет хватит: не дымит ничего, всё закопано. 5 тысяч деревьев хочу посадить, к каждому капельное орошение подвести. Аллея будет идти до вершины холмов, на ней три площадки. На первой — детские качели, на второй — спортивная площадка, на третьей — летний кинотеатр, концерты будут проводить, а вокруг дорожки, деревья, скамейки, фонари. Рестораны, шашлычные, кафе-мороженое — всё откроем. Три года парк будет строиться, но каждый год по одной части будем открывать, деревья на днях посадим. Чёртово колесо хочу поставить, вид здесь очень красивый, вырастут берёзы, платаны, а за холмами горы, густые леса.
Здесь свободного места уже нет, село растёт. Видите, рядом новые сетевые заправки строят, на территории парка несколько участков было продано, но я попросил освободить.
Я бы везде эти парки строил; на центральной улице, как закончим ремонт, посадим деревья с двух сторон, освещение там уже есть, и на других улицах хочу провести. И это только начало. Я заметил, где асфальт кладут, люди начинают свои дома ремонтировать, окна–крыши менять, становятся более вежливыми, чистоплотными, активнее стараются заработать.

Дети любят всё новое

   Культуру и образование нужно прививать с первых лет жизни, уверены сергокалинцы. Поэтому здесь нет откровенно безобразных детсадов и школ, какие мы показывали в других районах, во всяком случае, по словам тех людей, с которыми мы общались. В Сергокалинском районе 18 детсадов, из них 5 в райцентре, что неплохо для 30-тысячного района.


Последний детсад построили в конце прошлого года в центре Сергокалы. Садик здесь был, но давно обветшал. Новое здание соответствует всем стандартам — яркое, с большим двором, игровой площадкой, садом. Дети с удовольствием катаются на качелях, бегают по двору. Заведующая Умажат Рашидова показывает красочные спальни, игровые, забитые игрушками, музыкальный и спортивный залы:



— Старое здание не соответствовало никаким санитарным и пожарным нормам, его признали аварийным. Новое здание введено в эксплуатацию в январе 2019 года, тут совсем другие условия для детей и работников. Мы проводим весь учебный процесс по образовательным программам. Дети очень обрадовались переезду, им всё интересно: спальни, игровые комнаты; даже в плохую погоду выходим на прогулку и занимаемся в беседке. Дети любят всё новое, каждый день у них как сказка, и создают эту сказку наши воспитатели. 

   Мы заехали ещё в один садик, там так же малыши носятся по новенькой площадке во дворе. Сергокалинские малыши очаровательны — весёлые, общительные, хорошо образованные для своего возраста. К моему удивлению, чуть ли не половина из них — голубоглазые блондины европейского вида. На мои деликатные вопросы ответили, что все они – чистокровные даргинцы. Для меня даргинские блондины стали неожиданностью.

   По республиканским программам за последние два года в районе капитально отремонтированы 4 из 22 школ. Сергокалинская школа № 2 была открыта ещё в 1852 году — сначала для детей офицеров Самурского гарнизона, со временем в неё стали принимать и местных. В новое здание переехали в 1988 году, школа строилась по всем стандартам того времени, но обветшала за 30 лет. Средства на капитальный ремонт были выделены главой республики Владимиром Васильевым. Директором школы здесь Нурбаганд Нурбагандов — отец Героя России Магомеда Нурбагандова, погибшего в 2016 году.



   Ремонт начался в июне, но идёт до сих пор. Ремонт роскошный: мраморная плитка, дорогие ламинат и двери, лучшие краски, снаружи отделка модной штукатуркой «короед». Зато после ремонта, говорит Нурбагандов, школа будет отвечать всем новым требованиям.

— Здесь мой сын учился, первым директором был мой отец. Когда школа добротная, у детей настроение появляется учиться. У нас 900 учеников, в прошлом году всего две «двойки» по ЕГЭ были, наша девочка 98 баллов по ЕГЭ по русскому языку получила. Мы организовали дополнительные бесплатные занятия по ЕГЭ по математике, русскому, биологии. 
Сейчас открывается образовательный центр «Точка роста» по федеральной программе. В этот проект вошли 168 дагестанских школ, из них 6 из нашего района. Школьников будут учить создавать проекты, технологиям, информатике, шахматам. У них строгие стандарты, дизайн должен быть единым по всей России; ноутбуки, интерактивные доски уже завезли.

   В мюрегинской школе тоже устанавливают оборудование для «Точки роста», директор
Казимагомед Арсланалиев рассказывает, что ученики с нетерпением ждут открытия центра:



— Сегодня привезли оборудование на 12 рабочих мест, на ремонт помещения дали 90 тысяч. Будут обучать детей цифровым технологиям, давать практические навыки по проектной деятельности, внедрять кейсы, сами будут писать программу и делать макеты на 3D принтере. У детей большое желание учиться. Преподавать будут учителя информатики, технологий, ОБЖ — их забирают на курсы повышения квалификации на неделю.
У нас единственная школа в Мюрего, сейчас учатся 483 ребёнка; до этого была убыль, сейчас пошёл прирост. Рождаемость в селе растёт, условия, чтобы  жить и работать здесь стали лучше, поэтому стали возвращаться в село».

   Такой подход к образованию дал результаты — в районе успеваемость составляет 93 % — выше, чем в среднем по Дагестану.
Из всей социальной сферы в Дагестане хуже всего дело обстоит с медициной. Мы уже не раз рассказывали о сараях, в которых вынуждены работать районные поликлиники. Сергокала и тут стала приятным исключением. Районная больница и поликлиника размещены в капитальном большом советском здании. При подходе к нему видны отличительные признаки Сергокалы — свежий ремонт, аллея заслуженных врачей района, большой сад и абсолютная чистота. Внутри так же уютно. И.о. главврача Гаджимурад Гаджиев рассказывает, что у них достаточно и оборудования, и врачей:



— Мы делаем все виды анализов, УЗИ; новый флюорографический аппарат вчера привезли, рентгенолог сразу будет отправлять по внутренней сети снимки врачу, и диагноз будет ставиться тут же. По программе «Земский доктор» в районе работают 12 человек, свободных мест нет даже в дальних сёлах.
Детские палаты оказались неожиданно нарядными, на стенах расписаны мультяшные персонажи: среди врачей оказались художники, они и рисовали в свободное время. Мамы маленьких пациентов говорят, что дети в восторге.

Теплицы и виноград
на смену питомникам

   Птичник фермера Багаудина Адзиева в селении Ванашимахи похож на контактный зоопарк: по большому двору бегают и кричат на разный лад перепёлки, индюки, гуси, утки, курицы разных пород. Рядом в вольере смирно жуют траву лошадь, бараны и коровы, в клетках на свежем воздухе копошатся кролики. Но зарабатывают здесь не на посетителях, а, как полагается фермеру, на продаже мяса и яиц. А то, что здесь разные виды обитают, так ведь интересно разводить новых птиц, и все соседние районы знают, что у Багаудина можно купить практически любое мясо. В последнее время в основном выращивают перепёлок. Сын фермера Гаджи показывает нам цех, в котором тысячи новорожденных перепёлочек. В следующем цеху они уже почти взрослые, хотя им всего 17 дней:



— Нашему хозяйству — пятый год, оборудование, аппараты для кормления привезли с Украины. Работаем мы с отцом и двое рабочих. Подход отца оправдался, на сергокалинские свадьбы обязательно готовят перепёлок в духовке, салаты только с перепелиными яйцами. Мои дети суп только из перепёлок едят, другой не признают. Если бы был свой инкубатор, выгоднее было бы разводить, а мы суточных цыплят покупаем, дороговато обходится. Но потихонечку затраты окупаются, никуда уезжать не хочу и детям ферму передам, лучше своё иметь, чем где-то вкалывать на дядю.

   Большинство сергокалинских фермеров, конечно, выбирают более традиционные культуры. Фермер Омар Омаров с самого начала решил сделать ставку на современные технологии и посадил пока единственный в районе интенсивный сад и виноградники французских сортов:



— Мы посадили интенсивный сад на 4 гектарах. Здесь яблони 8 сортов, все саженцы привезли из Кабардино-Балкарии, к каждому дереву подведено капельное орошение. На сад ушло больше 6 миллионов рублей, государство возвращает 80 % вложенных денег, но сначала нужно вложить свои, потом подготовить целый пакет документов и через какое-то время часть затраченных денег тебе вернут. Но в любом случае он выгоден. По технологии такой сад окупается уже на пятый год, а живёт 15 лет. 
В основном у меня виноградники французских сор­тов на 110 га: каберне совиньон, унибран, мерло. Они уже плодоносят, мы их сдаём на Дербентский коньячный комбинат. Это привитые саженцы, устойчивые к вредителям и болезням. Один такой саженец 40 рублей стоит, а эти я покупал по 150 рублей, и ухаживать за ними тяжело. Правда, за посадку виноградников, установку шпалер и уход в первый год тоже компенсируется часть затрат, но меньше, чем за сады.

    У председателя КФХ «Антоновка» Магомедшарифа Касимова оптимизма гораздо меньше. Его когда-то крупное хозяйство почти разорено:



— Мы с сыном семь лет обеспечивали 5 районов саженцами яблони, черешни, персиков, чернослива по договору с министерством сельского хозяйства. 6 лет назад договоры перестали заключать — и не только со мной, много питомников закрылось. В частном порядке со всего Юждага у меня продолжают покупать саженцы, но мало, раньше 24 тысячи саженцев в год выращивал, сейчас 1000–1500. Сократил сад, выращиваю 16 сортов черешни, 5 сортов груши, чернослив.
Решил выращивать фрукты, посадил абрикосы, но урожай никто не брал, раскорчевал, посадил яблоневый сад, в этом году яблоки перекупщики покупали по 25 рублей — нет смысла. Опять сад вырубил, посадил 4 га черешни, в следующем году даст урожай, не знаю, окупятся ли затраты?
Я уже 15 лет фермер, но никакой помощи от государства не видел. А есть люди, которые брали и субсидии и саженцы, кое-как посадят, не ухаживают, всё высохнет и на следующий год всё заново.
Мои дочь и зять тоже со мной работают, раньше и сын с нами был, потом купил старые трактора, отремонтировал, принимает заказы на вспашку и нормально зарабатывает.

                                                                    Старинная вышивка Мюрего

    Мюрего — самое большое после райцентра и самое древнее село Сергокалинского района. Естественно, что именно здесь сохранился один из древних и красивых промыслов.

   Мастерица Муминат Алибекова встречает нас в доме, похожем на музей. Здесь много старинной посуды, кувшинов, на полах дагестанские ковры и сумахи, мебель «под старину». К нашему приходу она распахнула сундук и выложила своё богатство — старинные платки, вышивки, подушки, украшенные мюрегинской вышивкой. Она не похожа на вышивку соседей — тонкая, яркая, изящная, в изображениях в основном угадываются цветы. Когда-то такие вышивали все мюрегинки:



— Девушка вышивала себе всё приданое: покрывало, ламбрекены, дорожки, «удивих» — ленту на плечо, чтобы кувшин легче было носить, вот подушки старинные. Когда калым приносили, жениху и родственникам вручали подарки, расшитые невестой. А когда приданое приносили в дом жениха, родственницы и соседки обязательно тщательно рассматривали все вышивки, смотрели, чтобы изнаночная сторона была гладкая, без торчащих ниток: ни одна мюрегинская мастерица нитки не оставит. Вышивали в основном на сукне, по-даргински «сакала», сейчас его называют кашемир.
Когда на уразу гости приходили, им дарили вот такие кошельки с мюрегинской вышивкой. Но главным были платки, поскольку это был дополнительный доход. Вот этот платок — приданое моей бабушки, этот — маме подарили, когда засватали. Сейчас они дорогие, 60–70 тысяч стоят. 
Я 45 лет работала воспитательницей в детсаде, у меня шестеро детей. Когда была ребёнком, у нас все женщины вышивали, я дочкам и невесткам платки вышила и подарила, мама нам тоже дарила. Сейчас редко кто из молодых вышивает. Я не продаю свою работу, дарю детям, внукам, но есть мастерицы, которые вышивают на продажу.



   Сундук, где хранятся эти музейные экспонаты, тоже необычный. Сначала я его приняла за старинный деревянный резной сундук. Оказалось, что он железный, кованый в Харбуке, изящные узоры сделаны из гвоздей, лично я ничего подобного не видела, а я любительница музеев. Сундуку 150 лет, это приданое бабушки Муминат. И он очень тяжёлый: чтобы его поднять, нужно не меньше четырёх мужчин.

   Муминат помогает дочка Заира. Она тоже умеет вышивать, но зарабатывает на более прибыльном бизнесе — открыла в Избербаше салон красоты. Заира пытается возродить мюрегинскую вышивку, организовала выставку маминых работ в Дербенте. И свою дочку научила вышивать, чтобы не прерывался род искусных мастериц.

   Зайнаб Махдиева — директор Сергокалинского межпоселенческого культурно-досугового центра, мечтает сохранить и сделать популярной мюрегинскую вышивку, как удалось это сделать их соседям кайтагцам. «Наша традиционная вышивка такая красивая, уникальная, техника называется “тамбурный шов”; в Узбекистане тоже так вышивают, но наша отличается: игла за иглой идёт, орнамент другой, в основном цветочный, и цвета другие. Мы решили возродить её, пока мастера остались. В Мюрего пять взрослых вышивальщиц, есть девочки, желающие учиться. Сейчас в Дагестане развивается туризм, если научить детей, они смогут изготавливать сувениры».
Современную культуру здесь тоже любят. Сейчас мюрегинский Дом культуры — лучший в районе. Зайнаб пригласила нас туда, где дети пели, играли на баяне. В холле стояли столики с шахматами и шашками:

— Здесь в этом году сделали капитальный ремонт, поменяли крышу, окна, работают 12 кружков: хореография, танцы, вокал и др., библиотека, здесь мы проводим районные мероприятия, в ежегодном конкурсе «Семья Дагестана» 120 участников.

                                                                          Без пюре стол пуст

    Фарида и Али Омаршаевы в 2012 году построили первый в районе банкетный зал с романтичным названием «Венера». Так как до этого несколько лет работали в Москве, всё было сделано по последней столичной моде: нарядно, много цветов, золота, красивый проход для жениха и невесты. Сейчас в селе уже шесть залов, но тогда люди с нетерпением ждали, когда смогут праздновать свадьбы по-современному.
   Фарида Омаршаева вспоминает:



— Даже когда только начали стройку, люди подходили, радовались, бронировали зал. Мы не жалеем, что построили, столько радости приносим людям, ведь создаются семьи. Свадеб сыграли много, потом другие начали строить залы. Но у нас удобнее — без столбов, все видят и жениха с невестой и танцующих. 
Приятный бизнес, но тяжёлый, нестабильный, люди капризные. Много свадеб с августа по октябрь. Совсем не играют во время уразы, что естественно, и, к нашему удивлению, в мае. Странное суеверие.
Я разницы между махачкалинской свадьбой и нашей не вижу, единственная особенность — у нас всегда на столах обычное картофельное пюре, если не подать, люди возмущаются: «Даже пюре на свадьбе не было». Недавно одна из невест пришла в национальном наряде, а так, конечно, девушки предпочитают белые платья.
Повара и официанток заказчики могут любых нанять, хотя мы своих предлагаем. На свадьбах всегда работают только женщины; правда, два раза мужчины шеф-поварами работали, один из Каспийска был, очень понравился: вкуснее наших готовил, и очень чистоплотный.
Президент России постоянно говорит о поддержке малого бизнеса. Правда, никакой помощи я не вижу, только прижимают со всех сторон. Но муж всё равно хочет летний зал сбоку пристроить, чтобы люди на свежем воздухе сидели

                                                                             Мечты сбываются

    Магомед Омаров впервые был избран главой Сергокалинского района в октябре 2010 года. Он здесь родился и вырос, здесь начал карьеру. Когда страна изменилась, переехал в Махачкалу, стал преуспевающим банкиром, депутатом Народного Собрания РД. Решение вернуться было неожиданным для семьи: жена, хотя тоже здешняя, и девять сыновей не хотели переезжать из Махачкалы в село. Спутница жизни скоро переехала к мужу, сыновья учатся и работают по всей стране. Что получилось сделать за 9 лет?



— Я мечтал, чтобы район процветал, чтобы везде была вода, новые дороги, школы, газификация, электрификация. Рад, что почти всё получилось. В Сергокале 160 машин водовозов ездили по селу, сейчас есть вода, хоть подаётся по графику. Райцентр полностью заасфальтирован, уложили дороги Первомайск–Сергокала, Сергокала–Леваши, сейчас от Ванашимахи до Мургука идут работы. Заасфальтированы дороги из райцентра до Кадиркента, Краснопартизанска, Мюрего, в этом году начнём прокладку 9 км из Губдена до Сергокалы, в следующем — займёмся внутрисельскими улицами в других сёлах.
   Мы в числе трёх приоритетных районов республики по электрификации: идёт полный ремонт электрических сетей. Когда я стал главой, газ был в 7 сёлах, сейчас в 19. В кичигамринской, мулебкинской зоне провели основной подводящий газопровод, уже до 2022 года в каждом селе будет газ.
   До конца года по республиканской инвестиционной программе достроят групповой водопровод Бурдеки–Кичигамри–Сергокала, протяжённостью 28 км, 15 тысяч человек получат воду. Это старый проект, но сколько лет я ходил насчёт этого водовода, никогда ни один глава рубль не давал. Поэтому мне и нравится подход главы Дагестана Владимира Васильева: он все старые, «засахарившиеся» объекты, которым по 15–20 лет, поднимает, и, если видно, что они улучшат жизнь хоть нескольких тысяч людей, даёт им ход. 
   За 9 лет моей работы население района выросло с 27,5 до 35 тысяч. Сергокала в два раза больше выросла — до 12 тысяч человек. Рождаемость увеличилась, смертность уменьшилась, естественный прирост — 350, это много; оттока нет, наоборот — 7,5 тысяч человек вернулись. Молодёжь оканчивает школу, едет за высшим образованием, возвращаются уже взрослые сознательные люди, ремонтируют родительские дома.
   Люди живут за счёт бюджетной работы, малого бизнеса и подсобных хозяйств. У нас выращивают зерно, виноград, фрукты, разводят коров и баранов, есть теплицы и птичники. Самый большой доход даёт виноградарство: в районе 1400 га виноградников. Более перспективными стали технические сорта, их сдаём на Кизлярский и Дербентский коньячные заводы. Закупочная цена маленькая, но государство обещает вернуть 2 рубля с килограмма.
   В районе сохранили 14 СПК, бывшие колхозы, один ГУП «Красный Октябрь», все нормально работают, платят и зарплату, и налоги. Но желающих работать на сторону очень мало, молодёжь хочет работать на себя. Развиваем современные аграрные технологии, в районе 123 га интенсивных садов. Традиционные плодовые сады в любом случае всегда выгодны, можно сохранить урожай до следующего сезона, если построить хранилища, логистические центры. 
    За время моего руководства сбор налогов вырос с 12 до 88 миллионов рублей. Четыре года подряд мы занимали первое место по предгорной зоне. По моим подсчётам, через 3 года Сергокалинский будет самым лучшим районом республики.
*   *   *
        Мой рассказ из Сергокалинского района получился удивительно — даже для меня — оптимистичным. Мне там действительно очень понравились и земля, и люди, и любимые древности. Я была здесь последний раз лет 15 назад, было обычное дагестанское большое село, сейчас — цивилизованный посёлок европейского типа. Конечно, это не означает, что здесь всё прекрасно. Есть очень серьёзные проблемы во всех отраслях экономики, социальной сферы. Люди про это говорили, я их внимательно слушала, но это совсем не вопросы именно Сергокалинского района, а общероссийские, про которые мы тоже неоднократно писали, поэтому я решила в этой статье к ним не возвращаться. Но если во многих районах жизнь остановилась после того, как рухнуло социальное государство, и проходит в сетованьях о том, что «никто нас не любит и не помогает», соседние районы процветают.

   И тут всё зависит от людей и от руководителя. Сейчас другой принцип построения экономики и социальной жизни — «проектный». Есть очень много федеральных и республиканских программ, куда можно подавать самые разнообразные проекты и получать финансирование, что удачно делают здесь в районе. Это может нравиться, может не нравиться. Но или ты подстраиваешься под новые требования, или остаёшься ни с чем. Или застраиваешь каждый участок земли или стараешься сделать доверенную тебе территорию образцовой.

     Сергокалинский район — место, где люди сами строят себе красивую жизнь, не тратя её на ожидание «лучших времён». И, главное, у них получается.

Популярные публикации

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Выходит с августа 2002 года. Периодичность - 6 раз в год.
Выходит с августа 2002 года.

Периодичность - 6 раз в год.

Учредитель:

Министерство печати и информации Республики Дагестан
367032, Республика Дагестан, г.Махачкала, пр.Насрутдинова, 1а

Адрес редакции:

367000, г. Махачкала, ул. Буйнакского, 4, 2-этаж.
Телефон: +7 (8722) 51-03-60
Главный редактор М.И. Алиев
Сообщество